№ 17

1604 г. не ранее августа 28. – Из отписки русских послов в Кахетию М. И. Татищева и дьяка А. Иванова о нападении на них 3–4 августа на пути в горах «горских людей» капканцев

л. 200

// Государю царю и великому князю Борису Федоровичю всеа Русии холопи твои Михалко Татищев да Ондрюшка Иванов челом бьют. Пошли мы, холопи твои, к Сонской земле от Ларсова кабака августа в 3 день. И приходили, государь, на нас на первом стану в ночи горские люди с вогненым боем. А у нас, государь, для береженья была заставка и сторожа крепкая, и на стороже, государь, их подстерегли и с ними бились, ис пищалей стреляли и от станов наших отбили и многих у них переранили. А сонские, государь, люди, которые к нам встречю приехали для мостов, сказывали, что те люди приходили из гор калканцы; преж сево они были послушны Алкас-мурзе, а ныне они послушны Айтек-мурзе[1].

На л. 200об. отметка о подаче: 113 декабря в 5 день с астороханцом сыном боярским с Офонаеьем Рагозиным.

ЦГАДА, ф. Грузинские дела, 1604, Ns 1, л. 200. Подлинник.

Опубликовано: Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом, с. 456.


[1] Документ свидетельствует о зависимости калканцев (или их части) от кабардинских феодалов, хотя такая зависимость всегда была минимальной и вызывалась местоположением кабардинских кабаков, занимавших часть равнинных земель, необходимых горцам для хозяйственного развития.

Под властью некоторых крупных феодалов (не только кабардинских, но и дагестанских) в этот период оказались некоторые общества народов Северного Кавказа – осетин, абазин, балкарцев, карачаевцев, ингушей, чеченцев. В основном такая зависимость устанавливалась в результате междоусобной борьбы и иноземных вторжений. В связи с тяжелой политической ситуацией часть северокавказских обществ была вынуждена принимать покровительство (патронат) сильных соседей-феодалов, за что были обязаны нести различного рода повинности – платить подать (ясак), участвовать в военных походах. Некоторые горные общества не имели зимних пастбищ и выпасали свой скот на пастбищах соседей. Жители чеченского общества Шубут платили ясак кабардинским князьям, а часть селений, ближайших к Тушетии и Дагестану, платила ясак тушинам, аварским ханам и казикумыкскому шамхалу. В начале XVI в. Мичик считался собственностью шамхала. Платили в основном шкурами диких животных (например, лисиц) и скотом. Подобная зависимость была эпизодической, номинальной и не охватывала все вайнахские селения и группы. Вайнахский фольклор ярко отразил отношение чеченцев и ингушей к социальному неравенству.

Факты номинальной зависимости ингушей, живших на равнине и в Джерахском ущелье, от кабардинских князей известны в документах XVIII в. «В том же (1783. – Ред.) году, – сообщается в одном из них, – ингушевцы, будучи притесняемы и разоряемы кабардинцами, отложились от них и прислали ген. Де Медему просить защиты и покровительства. Кабардинцы утверждали, что ингушевцы издревле находились у них в подданстве и платили им подать, но ингушевские старшины утверждали, что хотя временно платили подать кабардинцам с каждого двора по одному барану, а у кого нет, то на одну косу железа, однакож они подвластными им никогда себя не признавали, а тем паче не признают себя с того времени, как они поступили в российское подданство и многие из них приняли христианский закон». См.: ГИМ ОПИ, ф. 445, д. 69, л. 8об. В первой половине XVIII в., а возможно и ранее, в некоторые чеченские села для управления были приглашены иноземные феодалы – кабардинские, кумыкские и ДР. Кабардинский князь Девлет-Гирей Черкасский управлял селениями Шали и Герменчук, откуда был изгнан чеченцами и затем основал свое селение на правом берегу Терека выше Червленого городка – Девлетгиреевское (в XIX в. – Старый Юрт). Аналогичные факты имели место и в других селениях. «Сии владельцы, – отмечается в одном из документов XVIII в., – одни возвратились в Аксай и Эндери, откуда пришли, другие с позволения российского начальства основали новые селения на плоскости между Сунжей и правого берега Терека в противоположности гребенских и моздокских казачьих станиц, как-то дивлетгиреевцы, изгнанные из Герменчика и Шали, имели в 1784 г. до 400 дворов, росламбековцы, при Росламбеке Айдемирове выгнанные из Большой Атаги, из Большой Чечни и из Топли, в двух селениях, 400 дворов. Кайтуковцы, Терловы (Турло- вы. – Ред.), выгнанные из Топли же, против Наура, основали два селения, одно – Верхний Наур, другое – Нижний Наур… казбула- товцы из аксайских, выгнанные из Топли, основали селение около Наура близ Терловых». См.: Бутков П. Г. Материалы для новой истории Кавказа. Ч. II. СПб., 1869, с. 112. – Ред.